8 (499) 685-11-34

8 (985) 998-80-22


Мы вам перезвоним!


Ваша корзина пуста.

 
 
Подробная информация о книге: Благие дела

Благие дела

 Месяца января в 25-й день, на память Григория, архиепископа Константинопольского, близ полудня по торной дороге из града Боровска в Пафнутьев монастырь каурая лошадка тащила розвальни, в которых сидели два молодых человека, одетые в тулупы и треухи. Тот, кто правил, был постарше, лет около тридцати, прозывался Антоном, имел курчавую рыжеватую бороду и усы, покрытые сосульками. Другой, прозванием Михаил, был еще совсем юн — лет шестнадцати. У Михаила едва пробивались усы, а густые пряди русых волос, выбивавшиеся у него из-под треуха, делали юношу похожим на девицу. Дорога тянулась по холмам среди леса. Приветливо' светило солнце; деревья, опушенные инеем, блистали серебром на фоне голубого неба. Вот между деревьями замаячила бревенчатая, крытая лемехом колокольня, потом показался частокол монастырской ограды и крепкие дубовые ворота. Путешественники слезли с саней, поклонились надвратной иконе Царицы Небесной, произнесли слова молитвы и постучались в ворота. Открылось маленькое оконце, из него выглянуло бородатое лицо вратаря.

— С чем пожаловали, православные? Ответил Антон:
— Да вот, добрый человек, нам бы к отцу игумену. Мы везем к нему грамоту.
— Ишь ты, грамоту, говоришь? — с некоторым сомнением в голосе ответил вратарь. — Ничего, православные, — заключил он. — Эй, брат Прохор, — обратился он к молодому послушнику, — ступай вборзе к отцу игумену. Поведай ему, яко гости приехали, грамоту ему привезли.
Путешественники ввели лошадку в монастырские ворота, оставили ее у коновязи, задав сена. Потом встали поодаль, сотворили поясной поклон обители да огляделись вокруг. Посредине монастыря высилась, уходя вверх, серая деревянная колокольня. Слева от нее стоял одноглавый белокаменный собор. Справа от колокольни протянулось длинное деревянное здание трапезной с крутой тесовой крышей и слюдяными окошками. Вокруг этих строений расстилалось широкое белое незастроенное пространство, изрезанное радиальными, тщательно очищенными от снега дорожками, ведущими к многочисленным кельям и службам, которые жались вдоль стен.
— Пожалуйте, православные, отец игумен повелел звать вас к себе, — сказал, подбегая к путешественникам, послушник Прохор и повел гостей от ворот направо к игуменским покоям.
В сенях путешественники скинули треухи и тулупы, остались в зипунах. Войдя в келью игумена, гости поклонились ему в ноги и подошли под его благословение.
— Отче, — сказал Антон, — привез я к тобе на послушание шурина моего вьюноша Михаила. Дозволь повестить тобе о родословии сего вьюноша. Един из братьев его прабабки — Вассиан, архиепископ Ростовский, другой — Иосиф, игумен Волоцкий. Оный досточтимый Иосиф написал тобе грамотку о сем правнуке своем Михаиле.
Игумен принял грамоту, благоговейно поцеловал ее, развернул и принялся читать вслух, потом подозвал к себе Михаила, положил руку на его голову и сказал:
— Чадо, дай ти Боже, дабы явился ты благаго ко-рени благой ветвью.
Гости отправились в трапезную. Это был длинный покой с бревенчатыми стенами, с двумя рядами столов. Там было пустынно — братия уже отобедала. Гостям подали гороховую похлебку, пшенную кашу со снетками и кисель.
Потом все тот же послушник Прохор повел гостей к иконому отцу Иринею. Тот весело посмотрел на Михаила, похлопал его по плечу и сказал:
— На тебя глядючи, мню, яко малый ты ражий. Такие мне и надобны. Перво-наперво поставлю тебя колоть дрова для поварни. И келия для тебя намедни ослобонилась, как схоронили мы обитавшего в ней инока Паисия. И то сказать: был муж утешительный. Ты теперича всю жизнь поминай его, и всеконечно он пособит тебе своими молитвами. Да и сосед у тебя будет блаженный, такого где еще сыскать? Ну, идите, посмотрите оную келию.
Пошли по дорожке вдоль бревенчатой изнутри монастырской стены к небольшому домику с крылечком, вошли в сенцы, слабо освещенные из двух волоковых окошек. Из сенцев в кельи вели две двери. Послушник Прохор подошел к левой двери и громко произнес:
— Молитвами святых отец наших, Господи Иисусе Христе Сыне Божий, помилуй нас.
— Аминь, — раздалось изнутри.
Дверь отворил невысокий молодой послушник с редкой русой бородкой и чрезвычайно добрыми синими глазами. Хозяин кельи поклонился гостям, достав рукой до полу, потом выпрямился, сильно припадая на ногу.
Послушник Прохор сказал, указывая рукой на Михаила:
— Вот, брат Галактион, отец иконом повелел поселить к тебе соседа.
Галактион снова поклонился и, ласково поглядев на Михаила, проговорил высоким голосом:
— Сам Бог привел тебя, брате, ко мне, ино я один шибко закручинился.
Вслед за Галактионом все пошли в соседнюю келью. Она была мутно освещена справа из окошка, затянутого вощеным бычьим пузырем. Слева к стене выходила печка, дальше стоял топчан. Справа у окна был стол со скамейкой. Вдали, в красном углу, лампада тускло освещала темный образ Царицы Небесной.
Михаил сразу пошел в красный угол, опустился на колени, сотворил земной поклон, отошёл назад к Антону и раздумчиво взглянул на него.
— То-то, шурин, — заметил Антон, погладив по плечу Михаила, — ты обретешь здесь покой.
Потом путешественники вернулись к лошади и взяли из розвальней свои вещи. Михаил отнес их в келью, Антон — в гостиницу; конюхи отвели лошадь в конюшню.
Зазвонили к вечерне, и приехавшие уже в сумерках двинулись в собор. Там было совсем темно. Михаил остановился у дверей и стал смотреть вперед, пытаясь различить что-то. Вот пономарь принялся зажигать свечи на солее перед святыми образами и из мрака выступил трехъярусный иконостас. Вот вдоль стен храма замелькали огоньки перед иконами. Вот на амвон вышел высокий широкоплечий диакон, проговорил раскатистым басом:
— Благослови, Владыко!
С — Благословен Бог наш... — донесся благозвучный голос из алтаря.
Торжественно запел хор.
Но Михаил остался безучастным к богослужению. Тоска по умершей матери, на время оставившая его по прибытии в монастырь, снова охватила его. Михаил стал класть земные поклоны. Но молитва не шла к нему. Перед его мысленным взором мелькали образы прошлого: косьба вместе с крестьянскими отроками, поездки с лошадьми в ночное, лихая борьба, из которой...
 

Цена: 0 руб.

   Вернуться назад в каталог